Генетика болевой чувствительности

Боль — универсальный защитный сигнал организма, который сообщает о повреждении тканей или потенциальной угрозе. Однако ее интенсивность и переносимость сильно различаются у разных людей. Уже в 1990-х годах исследователи обнаружили генетические вариации, способные влиять на болевой порог и эффективность обезболивающих средств.

Один из наиболее изученных генов — OPRM1. Он кодирует мю-опиоидные рецепторы, которые выступают ключевой мишенью для опиоидных анальгетиков, например, таких как морфин и фентанил. Полиморфизмы этого гена меняют структуру рецепторов, поэтому пациенты могут по-разному реагировать на терапию.

Еще один важный фактор — ферменты системы цитохрома P450. Особую роль играют CYP2D6, CYP3A4 и CYP2C9. Они участвуют в метаболизме многих препаратов, включая опиоиды и нестероидные противовоспалительные препараты. Генетические вариации формируют фенотипы «быстрого» или «медленного» метаболизма. В результате один и тот же препарат у разных пациентов может либо накапливаться до токсических концентраций, либо не достигать терапевтического уровня.

Отдельного внимания заслуживает ген SCN9A, кодирующий натриевый канал Nav1.7. Его мутации связаны с редким состоянием — врожденной нечувствительностью к боли. При этом другие варианты мутаций способны вызывать тяжелые хронические болевые синдромы, например, эритромелалгию (жгучие боли в конечностях).

Важную роль играет и ген COMT, который регулирует метаболизм катехоламинов — дофамина и норадреналина. Полиморфизмы COMT меняют уровень этих нейромедиаторов, а значит влияют на восприятие боли и реакцию на терапию.

Роль нейромедиаторов

Передача болевого импульса зависит не только от рецепторов, но и от нейромедиаторов. Эти биологически активные вещества обеспечивают передачу сигналов между нейронами и регулируют интенсивность болевой реакции.

Субстанция P и пептид CGRP усиливают передачу болевого сигнала. Повышенная активность этих медиаторов связана с гипералгезией — состоянием повышенной чувствительности к боли.

Серотонин и норадреналин, напротив, участвуют в работе нисходящих тормозных путей боли. Они активируют антиноцицептивную систему центральной нервной системы. Именно на этом механизме основано действие препаратов группы SNRIs — ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина, например, дулоксетина.

В системе контроля боли участвуют и эндогенные опиоиды — эндорфины и энкефалины. Они взаимодействуют с опиоидными рецепторами и блокируют передачу болевых импульсов. Генетические вариации мю-, дельта- и каппа-рецепторов могут менять эффективность как эндогенных опиоидов, так и лекарственных средств этой группы.

Клинические сценарии неэффективности анальгетиков

В аптечной практике встречаются пациенты, которые не получают облегчения от стандартных обезболивающих средств. Даже смена препарата или увеличение дозы не дает результата. Причины такого явления могут быть различными.

Медленный метаболизм пролекарств. Пациент не отмечает эффекта от терапевтических доз кодеина или трамадола. Вероятная причина — сниженная активность CYP2D6. Активный метаболит не образуется в достаточных концентрациях, препарат остается в неактивной форме.

Резистентность к опиоидам. Пациент сообщает, что даже сильнодействующие опиоидные анальгетики приносят лишь незначительное облегчение. Причина может крыться в полиморфизме гена OPRM1, снижающем аффинность рецептора к агонистам.

Быстрая инактивация препарата. Пациент испытывает кратковременный эффект либо вынужден постоянно увеличивать дозу для достижения обезболивания. Это может указывать на ультрабыстрый метаболизм, при котором период полувыведения препарата значительно сокращен.

Измененная базальная чувствительность. Пациент описывает себя как человека с низким болевым порогом или, напротив, удивляется, что окружающие испытывают боль в ситуациях, где он ее не ощущает. Это может быть связано с полиморфизмами гена SCN9A или COMT, влияющими на базовую активность ноцицептивной системы.

Коморбидные состояния. При хронических болевых синдромах, например, при фибромиалгии или нейропатической боли, часто страдает работа нисходящей системы регуляции болевых сигналов. В такой ситуации стандартные НПВС дают слабый эффект. В таких случаях врач подбирает другую терапевтическую стратегию и подключает адъювантные препараты — антидепрессанты или антиконвульсанты.

Как фармспециалисту распознать проблему

При обращении пациента с жалобами на отсутствие эффекта от анальгетиков целесообразно уточнить следующие моменты:

• Наблюдался ли эффект от препарата ранее или он отсутствовал с первого приема?
• Использовались ли ранее другие обезболивающие средства и какова была их эффективность?
• Приводило ли увеличение дозы к появлению желаемого эффекта или сопровождалось только усилением побочных реакций?
• Возникали ли нежелательные явления (головокружение, сонливость, тошнота) на фоне приема стандартных доз?
• Как пациент оценивает свою чувствительность к боли в целом, отмечает ли он различия в восприятии болевых стимулов по сравнению с окружающими?

Если беседа позволяет предположить генетические или метаболические особенности, стоит рекомендовать пациенту обратиться к врачу. Специалист сможет назначить дополнительные исследования и при необходимости скорректировать терапию, подобрать другой препарат или изменить дозировку.

The post Нейрогенетика боли. Почему пациент может быть «нечувствителен» к анальгетикам? first appeared on Фармединство.

Система выталкивает людей из отрасли

Исследование показывает: большинство фармспециалистов ценят свою работу и хотят помогать людям. Однако организационные проблемы аптечного бизнеса — высокая нагрузка, отсутствие карьерного роста, а иногда и работа сотрудников без профильного образования — формируют профессиональное выгорание.

В отрасли наблюдают конфликт между внутренней мотивацией и внешними условиями, которые ее системно подрывают.

Аккредитация: слабое звено системы

Кадровый дефицит усугубляет аккредитация — формально обязательная каждые пять лет процедура, которая фактически превращается в барьер.

Причем, именно сотрудники аптек со стажем более 20–25 лет чаще других сталкиваются с отказами в аккредитации на этапе подачи документов в Федеральный аккредитационный центр (ФАЦ). Проблема стала следствием нескольких факторов:

• До 2021 года допуск к профессии подтверждался сертификацией (в коммерческих и госструктурах) или аккредитацией (через ФАЦ);
• С введением новых требований к номенклатуре должностей (приказы Минздрава от 2016 года) многие аптечные сети не привели кадровые документы в соответствие;
• Специалисты со стажем более 25 лет, которые работали без интернатуры на основании прежних правил, сегодня сталкиваются с отказами в аккредитации.

Аккредитация, которая должна подтверждать квалификацию, попросту «бьет» по самым опытным.

По мнению исполнительного директора Национальной фармацевтической палаты Елены Неволиной, проблемы возникли из-за того, что после вступления в силу в 2016-м году приказов о номенклатуре должностей фармработников и порядке аккредитации аптечные сети не учли требования Минздрава, в том числе соответствие занимаемой должности в трудовой книжке аккредитуемой специальности и наличие такой должности в официальном перечне.

Если в трудовой книжке запись отличается от номенклатуры хотя бы на одно слово — ФАЦ в аккредитации может отказать.

Альянс фармацевтических ассоциаций направил официальные обращения в Минздрав, Госдуму и ФАЦ с просьбой пересмотреть подходы к аккредитации. Там считают, что отказы в подтверждении квалификации усугубят существующий дефицит компетентных кадров в отрасли, на сегодня достигающий в отдельных регионах 30%.

Провизоры-технологи — следующее узкое горлышко

Особенно острая проблема — судьба провизоров-технологов. Примерно 15% действующих специалистов имеют такую квалификацию. Согласно приказу Минздрава «Об утверждении квалификационных требований к медицинским и фармацевтическим работникам с высшим образованием», специальность «фармацевтическая технология» действует только до конца 2025 года. С 1 января 2026 года технологи де-юре теряют право на работу.

Фактически рынок рискует одномоментно потерять значимый пласт специалистов, обладающих важными компетенциями.

«Текущие нормы были разработаны Минздравом с целью объединить специальности «фармацевтическая технология» и «фармация» в одну (ликвидировав первую), но дальнейших разъяснений по работе таких специалистов Минздрав не выпускал», — отметила Елена Неволина.

Проблема дошла до федерального уровня

Ситуация привела к резонансу в профессиональном сообществе. Более 1000 специалистов из 66 регионов страны направили коллективное обращение в высшие органы власти:

• Правительство России;
• Госдуму;
• Минздрав.

Среди подписавших обращение — практически весь срез представителей отрасли:

• 30% — провизоры;
• 23% — заведующие аптекой;
• 15% — провизоры-технологи;
• 10% — фармацевты.

В письме указаны ключевые проблемы:

• Правовые противоречия в оценке документов;
• Несоответствие реально существующих должностей с перечнем, прописанным в Федеральном регистре медицинских работников (ФРМР), а также двойное их толкование («Заведующий аптекой — провизор» и «Заведующий аптекой — фармацевт», «Провизор» и «Провизор-технолог»), из-за чего работники не могут пройти аккредитацию (в некоторых случаях ФАЦ расценивает несоответствие должностей как перерыв стажа);
• Невозможность исправления старых записей в трудовых книжках из-за ликвидации аптечных организаций, если данные о трудоустройстве вносились 20-25 лет назад.

Авторы обращения требуют провести аудит аккредитации и внедрить «амнистию» для специалистов, прошедших переподготовку до изменения правил.

Депутатский запрос на имя министра здравоохранения Михаила Мурашко направил и парламентарий Бадма Башанкаев, который отметил, что что тысячи опытных работников фармацевтической отрасли с многолетним стажем могут в ближайшее время потерять работу из-за бюрократических формальностей.

Позиция Минздрава и ФАЦ

В ответ на обращение Альянса фармассоциаций ФАЦ сообщил, что соблюдает все установленные процедуры. К тому же специалисты могут направить заявление о пересмотре решения.

В Минздраве также не считают ситуацию критической: заявлено, что аккредитация проходит в штатном режиме, а отказы — единичны.

В итоге спикеры форума «Аптека-2025» (где тоже обсудили проблему аккредитации) сошлись во мнении, что для предотвращения кадрового голода необходим комплексный диалог между регуляторами, образовательными учреждениями, работодателями и профессиональным сообществом.

The post Фармацевтическая отрасль теряет кадры: аккредитация и выгорание — главные угрозы first appeared on Фармединство.

Как же обстоят дела с другими распространенными, но «обычными» болезнями, для которых давно понятен вектор лечения, но оно могло бы быть более эффективным? Сахарный диабет 2-го типа, неврологические патологии, хронические инфекции, вызванные антибиотикорезистентными штаммами бактерий, вирусные заболевания — ведутся ли разработки в этой области? Июньские новости фармакологии довольно оптимистичны с этой точки зрения, причем многие из них — о результатах российских разработок.

Отечественные достижения: взгляд за горизонт

Препарат против эпилепсии (BIF-72). Совместная разработка Южного федерального университета и Волгоградского государственного медицинского университета — активное вещество, производное бензимидазола с высокой противосудорожной активностью, эффективность которого сопоставима с современными препаратами. Преимуществом нового препарата может стать отсутствие синдрома отмены, характерного для большинства применяемых противоэпилептических средств. Пока опубликованы результаты доклинических исследований (на животных). Важно, что потенциальный препарат — не симптоматический, а болезнь-модифицирующий, то есть воздействует на патологические механизмы развития заболевания.

Синтетические производные борнеола с противовирусной активностью. Борнеол — растительное соединение класса терпеноидов, содержащееся во многих лекарственных растениях (шалфей, дягиль, пижма, можжевельник, сосна, валериана и др.). Путем синтетической модификации в Новосибирском институте органической химии им. Н. Н. Ворожцова были получены варианты сложных эфиров борнеола, которые при последующих исследованиях в Научно-исследовательском институте гриппа им. А. А. Смородинцева показали противовирусную активность, аналогичную рибавирину (который используется для лечения гепатита С и герпесвирусной инфекции). Синтетические сложные эфиры обладают широким спектром действия: против респираторно-синцитиального вируса, вирусов гриппа, Эбола и Марбург. Также опубликованы результаты доклинических исследований.

Фармацевтическая субстанция для получения гипогликемических препаратов. Уникальная технология получения субстанции для производства препаратов для лечения сахарного диабета 2-го типа — агонистов глюкогоноподобного пептида 1 (ГПП1), в том числе семаглутида. Важнейшим отличием биотехнологии с использованием модифицированной кишечной палочки является получение основного вещества в культуральную жидкость (а не накопление внутри бактериальной клетки), что удешевляет процесс. Методика разработана в Центре синтетической биотехнологии Первого МГМУ имени И. М. Сеченова.

МНН маритупирдин присвоено действующему веществу российского препарата Авиандр^®. Внесение МНН в международный реестр МНН ВОЗ означает официальное признание и обеспечивает универсальность использования во всем мире. Авиандр^® — анксиолитик с противотревожным и антидепрессивным действием, впервые получивший регистрационное удостоверение в 2023 г.

Биг фарма: теперь не только США

9-валентная китайская вакцина против ВПЧ Cecolin 9. Китай продолжает свое фармакологическое шествие: страна стала второй после США, обладающей возможностью независимого производства 9-валентных ВПЧ-вакцин. До этого единственной такой вакциной на мировом рынке была Gardasil 9 (Merck Sharp & Dohme). Cecolin 9 защищает от 9 штаммов ВПЧ (6, 11, 16, 18, 31, 33, 45, 52, 58), которые связаны с развитием рака шейки матки и других ВПЧ-ассоциированных заболеваний. Клинические испытания Cecolin 9, проходившие в 2021 г., показали сопоставимую с Gardasil 9 иммуногенность.

Липосомальные жевательные формы китайской компании WBCIL. Сама по себе липосомальная технология, предполагающая (в данном случае) инкапсуляцию биологически активных веществ и лекарственных препаратов в фосфолипидные пузырьки, не нова, но ее сочетание с жевательной формой представляет собой инновацию. В Китае эта форма набирает популярность в нутрицевтических препаратах и используется пока в средствах для повышения иммунитета, улучшения пищеварения и общего самочувствия, характеризуется более высокой усвояемостью и эффективностью, чем при использовании обычных форм.

Побочный эффект семаглутида. Среди многочисленных инфоповодов мировой фармакологии заслуживающей внимание является новость про тяжелый побочный эффект препаратов, содержащих семаглутид. Один из них, Оземпик^®, ставший скандально известным в последние пару лет, теперь все время под прицелом. В начале июня Европейское медицинское агентство опубликовало сведения о неартериитной передней ишемической оптической нейропатии (NAION), развивающейся в редких случаях (1 на 10 000) при применении семаглутида (упоминаются 3 препарата: Оземпик^®, Вегови^® и Ребелсас^®). Состояние характеризуется острым нарушением кровообращения в сосудах зрительного нерва, внезапным безболезненным снижением остроты зрения, изменением поля зрения, приводит к развитию частичной или полной атрофии зрительного нерва.

Генная терапия сахарного диабета 2-го типа Rejuva® Smart GLP-1™. Обнадеживающая новость о перспективах лечения СД 2-го типа. Однократная доза препарата генной терапии, доставляемая в поджелудочную железу для выработки глюкагоноподобного пептида-1, обеспечивает профилактику сахарного диабета и ожирения при соблюдении в эксперименте диеты с высоким содержанием жиров. При этом система активизируется только при обменных нарушениях, что позволяет имитировать естественную регуляцию гормона, снижая побочные эффекты, связанные с системным применением препаратов ГПП-1 (препаратов группы семаглутида). Опубликованы данные доклинических исследованиях.

В мире, где хронические заболевания, такие как сахарный диабет 2-го типа, остаются серьезными проблемами для здоровья миллионов, инновации в фармакологии дают надежду на хороший контроль болезней, а иногда и на полное выздоровление. В России уже реализуются программы по созданию инновационных препаратов, которые планируется вывести на рынок в ближайшее десятилетие, что позволит увеличить доступность лечения для многих пациентов.

The post Новости фармакологии в июне: инновации в лечении распространенных болезней first appeared on Фармединство.

Новички, подающие надежды

Белзутифан (ТН Welireg) — пероральный ингибитор HIF-2α, одобрен FDA в США для лечения локальной и метастатической неоперабельной феохромоцитомы или параганглиомы у пациентов старше 12 лет. Ранее применялся при почечно-клеточном раке и других опухолях.

С этим препаратом онкологи связывают особенные надежды, так как он символизирует новый подход к лечению рака. Белзутифан воздействует на белок в раковых клетках, HIF-2α, который адаптирует их к низкому уровню кислорода в тканях. Часто злокачественные клетки бурно развиваются именно в тканях с гипоксией. Ингибируя HIF-2α, белзутифан нарушает этот процесс и замедляет рост опухоли. Предполагается, что в скором времени препарат будет одобрен для лечения других видов рака, так как механизм действия универсален.

Обекабтаген аутолейцел (ТН Aucatzyl) — препарат CAR-T-терапии для лечения довольно распространенного вида рака — В-клеточного острого лимфобластного лейкоза у взрослых (с 26 лет), протекающего в рецидивирующей или резистентной форме. Он одобрен EMA в Европе, немногим ранее — FDA в США. В Европе препарат получил условное регистрационное удостоверение как социально важный медицинский препарат.

CAR-T-терапия — введение в организм пациента с онкологическим заболеванием модифицированных (химерных) лимфоцитов, которые вызывают ответ иммунной системы против определенных злокачественных клеток. В клинических исследованиях у 55% пациентов с В-клеточным острым лимфобластным лейкозом наступила полная ремиссия, а общая выживаемость после лечения — 15 месяцев. Метод уже сейчас позволяет проводить терапию устойчивых к традиционному лечению видов рака.

YCT-529 — первый препарат для мужской негормональной контрацепции, еще не получивший разрешение на медицинское применение. YCT-529 находится на 2-й фазе клинических исследований в США, полученные на данный момент результаты считаются очень обнадеживающими.

Препарат является селективным антагонистом рецептора ретиноевой кислоты альфа (RAR-α), который блокирует выработку спермы. Противозачаточный эффект обратим: в исследованиях на животных способность к сперматогенезу восстанавливалась через 4–6 недель у мышей и 10–15 недель у приматов после прекращения приема.

Создание препарата мужской контрацепции считается очень важным по ряду причин — медицинских, социальных и экономических. Исторически ответственность за профилактику беременности в основном лежит на женщинах, однако широко используемая гормональная контрацепция часто вызывает побочные эффекты, включая гормональный дисбаланс, набор веса, повышенный риск тромбозов. Мужской негормональный контрацептив может стать хорошей альтернативой женской контрацепции, к тому же, его влияние на здоровье мужчины, предположительно, будет значительно меньшим, чем влияние КОК на здоровье женщины.

Маздутид — еще одно из самых ожидаемых лекарственных средств. Представляет собой первый в своем роде двойной агонист глюкагоноподобного пептида-1 и глюкагона, для которого на 3-й фазе клинического исследования доказана эффективность в снижении веса у людей с ожирением и улучшении кардиологических и метаболических показателей.

Интересный факт, отличающий препарат от многих других новинок, — он разработан и выйдет на рынок в Китае.

Бодрые старички

В ряду одобренных фигурируют препараты, активные вещества которых не являются инновационными, но вот спектр лекарственных форм обновляется.

Дигидроэрготамина мезилат (ТН Brekiya) в форме раствора для инъекций одобрен FDA в США для лечения острого приступа мигрени и кластерной головной боли у взрослых. Препарат выпускается в виде готового инъектора, не требующего дополнительной сборки.

Немногим ранее для лечения острого приступа мигрени было одобрено то же активное вещество в форме назального порошка (ТН Atzumi).

Интересно, что эрготамин и его производные (алкалоиды спорыньи) у российских фармацевтов прочно ассоциируются с препаратами советской медицины. Сегодня, в соответствии с действующими отечественными рекомендациями, они не применяются для лечения мигрени в виде каких-либо пероральных и инъекционных монопрепаратов. Эрготамин входит в состав комбинированных пероральных средств вместе с НПВС, спазмолитиками и противорвотными веществами.

Изучая списки одобренных для применения препаратов, можно сделать вывод, что в разработке современных лекарств сейчас доминируют биотехнологии, а не прорывные открытия в области химии или биологии. Такие препараты работают в отношении определенных биологических мишеней – белков, ферментов, генов, обеспечивая не только направленное воздействие, но и чаще всего — лучшую переносимость, чем у лекарств классического эшелона.

Биотехнологии и новейшие компьютерные технологии позволяют сократить время разработки за счет использования автоматизированных платформ, благодаря чему весь процесс создания лекарства с нуля до выхода на рынок значительно сократился за последние 50 лет — с 10–15 лет до 7–12, а в случае, например, с вакцинами кардинальным образом — с 5–10 лет до 1–2 . Именно поэтому каждый месяц мы можем видеть десятки новых или обновленных препаратов.

The post Новости мировой фармакологии, или Будущее наступает: от препаратов для персонализированного лечения рака до средств мужской контрацепции first appeared on Фармединство.

Если вы работаете в аптеке, на производстве или в дистрибуции, — эта тема может оказаться ближе, чем кажется. Космические исследования помогают разрабатывать более стабильные препараты, улучшать доставку активных веществ и создавать лекарства, которых пока нет на Земле. Разбираемся, как именно.

Почему космос — идеальная лаборатория для фармы?

Условия микрогравитации, радиационного фона и замкнутой экосистемы на борту Международной космической станции (МКС) создают уникальные условия для исследований, которые невозможно воссоздать в земных лабораториях. Именно поэтому NASA и многие другие компании (например, SpaceX, Blue Origin и др.) всё чаще используют орбиту как полигон для фармацевтических экспериментов.

Ключевые причины, почему космос интересует бигфарму:

• Отсутствие гравитации влияет на структуру кристаллов, что помогает создавать более чистые формы действующих веществ.
• Радиационная среда позволяет тестировать стабильность лекарств в экстремальных условиях хранения.
• Изменение метаболизма у астронавтов даёт уникальные данные о фармакокинетике и фармакодинамике в «другой физиологии».

Что имеем уже сегодня?

В условиях невесомости белковые молекулы могут формировать более идеальные кристаллы, что даёт точную картину их структуры. Это критически важно, например, для разработки моноклональных антител, противоопухолевых препаратов или антивирусных средств.

Так, компания Merck & Co. в сотрудничестве с NASA проводила эксперименты по кристаллизации Keytruda® (пембролизумаб) — известного иммунопрепарата, применяемого при лечении меланомы и рака лёгких. Условия микрогравитации позволили получить более качественные кристаллы, что помогло оптимизировать процесс очистки и увеличить стабильность формулы.

А компания Techshot (ныне Redwire Space) разработала модуль для печати тканей и биоматериалов прямо на борту МКС. Зачем это фарме? Чтобы в будущем печатать персонализированные импланты и лекарства, а также тестировать препараты на напечатанных органоидах — без использования животных моделей.

Ещё один пример — Varda Space Industries, стартап, который планирует запускать на орбиту мини-заводы для производства лекарств, которые сложно или невозможно синтезировать на Земле. Например, чувствительных к гравитации или нестабильных при земной температуре.

Как космос влияет на доставку действующих веществ?

На МКС ученые исследуют, как невесомость влияет на абсорбцию и метаболизм лекарств. Это помогает точнее рассчитывать дозировку на Земле, особенно для пациентов с нарушениями ЖКТ, сердечно-сосудистой системой или при редких заболеваниях.

Например, исследование с участием ESA показало, что в условиях микрогравитации капсулы с пролонгированным высвобождением ведут себя иначе, чем на Земле. Это даёт стимул создавать более предсказуемые формы доставки веществ даже в сложных клинических ситуациях.

Почему это важно для фармацевтов уже сегодня?

Как минимум потому, что в скором времени могут появиться:

• Новые формы лекарств — космические технологии открывают путь к более устойчивым, быстро действующим и безопасным формам препаратов.
• Улучшенные системы доставки — назальные спреи, трансдермальные пластыри, липосомальные формы и даже 3D-печатные таблетки проходят ускоренные испытания в условиях микрогравитации.
• Персонализированная медицина — микрогравитация позволяет моделировать метаболизм и реакции на препараты у разных групп пациентов.

А ещё — космос учит фарму экономить сырьё, упрощать цепочки поставок и использовать автономные технологии — то, что становится актуальным и на Земле в эпоху кризисов.

Когда это будет в аптеках?

Часть технологий — уже в клиниках и на производстве. Усовершенствованные формы моноклональных антител, более стабильные вакцины, биосовместимые покрытия для таблеток и улучшенные методы доставки — всё это уже внедряют.

Остальные решения находятся на стадии пилотных проектов или клинических исследований. Но тренд ясен: космос больше не экзотика, а полноценный партнёр фармацевтики, особенно в области высоких технологий и персонализированной терапии.

Какие выводы можно сделать для фармотрасли?

• Космос — это новая точка роста для фармы: технологии, которые развиваются на орбите, становятся востребованными и на Земле.
• Фармацевты и провизоры — связующее звено между научными открытиями и пациентом. Чем раньше отрасль начнёт понимать потенциал этих решений, тем быстрее они их внедрят в повседневную практику.
• Образование и подготовка фармспециалистов должны учитывать новые направления — биопринтинг, моделирование, работу с данными в условиях нестандартной физиологии.
• Коллаборация с космической отраслью — это уже реальность: частные фармкомпании инвестируют в эксперименты на МКС, а регуляторы пересматривают подходы к новым формам препаратов.

Космос — это не где-то далеко. Это уже здесь. И сегодня он помогает смотреть на фармацию с другой орбиты.

The post Фармацевтика — это космос: как космические технологии меняют медицину на Земле first appeared on Фармединство.

Представьте, пациент приходит в аптеку не за готовым препаратом, а за персонализированным лекарством, напечатанным прямо под его генетический профиль, вес, возраст и текущее состояние. Аптечный принтер, оснащённый картриджами с активными веществами, вспомогательными компонентами и вкусовыми добавками, за считанные минуты создает дозировку, состав и форму, идеально подходящие именно этому человеку. И если вы — фармацевт или провизор, самое время узнать, как всё это работает и что нас ждёт в ближайшем будущем.

Как вообще печатают лекарства?

В основе 3D-печати (или аддитивного производства) лежит принцип послойного наплавления или спекания материалов — будь то порошки, жидкости или гели. Принтер формирует структуру препарата, слой за слоем нанося активные и вспомогательные компоненты. Управление процессом осуществляют с помощью специального программного обеспечения, которое определяет точные пропорции, геометрию и даже место высвобождения активного вещества в организме.

Технология уверенно завоевывает место не только в протезировании, стоматологии и производстве имплантов, но и теперь уже в фармации. Инновация предлагает новые горизонты персонализации, дозирования и эффективности терапии.

В зависимости от задач, применяют разные методы печати:

• Binder Jetting (связывающая струйная печать) — один из самых популярных методов, при котором капли связывающего раствора наносят на порошковый слой, формируя прочную таблетку. Этот метод использовали для производства первого официально зарегистрированного лекарства, напечатанного на 3D-принтере — Spritam®.
• Fused Deposition Modeling (FDM) — используют при производстве лекарств в виде нитей, которые затем плавят и выкладывают в нужной форме.
• Stereolithography (SLA) — лазер затвердевает жидкие полимеры, формируя точные структуры. В перспективе — печать сложных многослойных капсул с регулируемым высвобождением.

Преимущество — возможность тонкой настройки дозировки, скорости высвобождения в определенном месте организма, формы и вкуса лекарства. А также — комбинация нескольких действующих веществ в одном препарате.

Spritam® — первый шаг в будущее

В 2015 году американская компания Aprecia Pharmaceuticals разработала препарат Spritam® (леветирацетам), ставший первым в мире лекарством, напечатанным на 3D-принтере и одобренным FDA.

Spritam® предназначен для лечения эпилепсии и отличается тем, что:

• Мгновенно растворяется — от 2 до 27 секунд (в среднем 11), что крайне важно для пациентов с трудностями при глотании.
• Требует минимума воды — особенно актуально в острых состояниях.
• Обладает вкусовой маскировкой, благодаря технологии ZipDose®, что улучшает приверженность к лечению.

Формально, технология напоминает струйную печать — слой порошка, капля связующего раствора, следующий слой. Но по факту — это революция в удобстве приёма и доступности терапии.

FabRx — британский апгрейд аптечного дела

Британская компания FabRx, основанная учеными из University College London, с 2014 года развивает технологии 3D-печати в фармацевтике. Их цель — сделать возможным производство персонализированных препаратов на месте, в аптеках и больницах.

Ключевые проекты FabRx:

• Printlets® — таблетки, напечатанные на заказ с точной дозировкой, формой и вкусом.
• Прототипы лекарств для педиатрии и ветеринарии, где индивидуальный подход особенно важен.
• Разработка принтеров, способных одновременно использовать несколько активных веществ, создавая комбинированные препараты.

Компания также успешно провела клинические испытания с участием детей, где было доказано: индивидуально созданные «printlets» улучшают приверженность к терапии и переносятся лучше, чем стандартные формы.

Что это значит для нас с вами?

Если вы — провизор или фармацевт, то в скором времени, возможно, будете причастны к такому лечению.

Вот что становится возможным:

• Препарат под точный вес, возраст и даже генотип пациента.
• Таблетки-комбо, где сразу всё, что нужно.
• Улучшение комплаенса у детей, пожилых, хронических больных — потому что теперь это удобно, красиво и вкусно.
• Меньше отходов: напечатал — отдал. Никаких залежавшихся остатков на складе.

Конечно, остаются вопросы: как регистрировать такие препараты? Кто отвечает за точность дозы? Где хранить картриджи с активными веществами? Но тренд уже задан — и он стремительный.

Что происходит в мире?

Например, в Нидерландах печатают препараты для детей с онкологией. В Канаде — индивидуальные капсулы для пациентов с нарушением пищеварения. В Сингапуре разрабатывают полевые аптечные принтеры для военных. Всё это — не планы, а работающие пилоты.

3D-печать — не игрушка для футуристов, а рабочий инструмент, который может изменить практику уже в ближайшие годы. Так что, если через пару лет в аптеке рядом с кассой появится принтер с порошками, не удивляйтесь. Улыбнитесь, заправьте картриджи — и нажмите «печатать». Здоровье ведь тоже может быть высокотехнологичным.

The post Распечатайте мне, пожалуйста, 250 мг здоровья: как 3D-принтеры приходят в фармацию first appeared on Фармединство.

Сегодня искусственный интеллект (ИИ) — не фантазия, а реальный игрок на поле фармакологии. ИИ — не про замену человека, а про усиление его возможностей. Нейросеть делает фармацевтов сверхточными, исследователей — молниеносными, а врачей — почти пророками. Всё, что вчера казалось научной фантастикой, сегодня проходит испытания и получает патенты. Разберёмся, как именно используют нейроразум в фармации.

1. Разработка новых лекарств

Прежде чем лекарство окажется на полке аптеки, оно должно пройти многоступенчатые клинические испытания. ИИ способен заранее предсказать, какие молекулы имеют больше шансов на успех, а какие — провалятся. Это позволяет фармкомпаниям экономить миллионы долларов и годы времени, сокращая путь лекарства к пациенту.

Конечно, речь не о том, что нейроразум сгенерирует ответ быстрее, чем вы прочтете «циклопентанпергидрофенантрен». Но сократить годы разработок всё же удавалось.

Например, компания Insilico Medicine разработала алгоритм GENTRL, который за 21 день сгенерировал молекулу для лечения фиброза. Она успешно прошла тестирования in vitro и in vivo. Это был не просто научный прорыв, а первый шаг к новой эре в фарме, где «идея → лаборатория» занимает недели, а не десятилетия.

Ещё один пример — система AlphaFold, созданная компанией DeepMind. Она предсказывает трехмерную структуру белков с высокой точностью, что значительно облегчает понимание биохимических процессов и способствует разработке новых лекарств.

Но эти примеры хоть и успешные, пока единичные. Вообще, одна из ключевых областей, где искусственный интеллект сегодня предоставляет значительные преимущества, — это всё же предварительный отбор молекул для дальнейших исследований.

2. Прогнозирование эффективности и токсичности препаратов

Совместный прием нескольких медицинских препаратов — обычная практика среди пациентов. Однако их взаимодействие может быть не всегда идеальным, а может даже давать негативный и опасный эффект. Раньше подобные взаимодействия выявляли только после множества клинических наблюдений. Или благодаря «Государственному реестру лекарственных средств». Но работа с базой требует времени, так как инструкции к препаратам там представлены в виде файлов PDF, которые нужно изучать самостоятельно.

Сейчас ИИ умеет анализировать большие наборы данных о лекарственных взаимодействиях и предупреждать о потенциально опасных сочетаниях гораздо быстрее человека.

3. Лекарство, которое знает твою ДНК

Каждый организм уникален. Искусственный интеллект способствует переходу от универсальных схем лечения к персонализированным подходам. Нейросети сегодня помогают подбирать лекарства и дозировки, учитывая генетические особенности пациента, историю болезни, образ жизни, хронические заболевания и даже микробиом кишечника.

В будущем ИИ будет, по сути, «прописывать» лечение на основе анализа слюны и пары ответов на вопросы. Минимум догадок — максимум точности. Именно так это видят разработчики программ.

4. Улучшение диагностики заболеваний

ИИ способен анализировать медицинские изображения, такие как рентгеновские снимки и МРТ, с высокой точностью, что помогает в раннем выявлении заболеваний и повышает шансы на успешное лечение.

Искусственный интеллект также пробует определять по снимкам опухоли, инсульты и даже редкие генетические заболевания. Да, он не заменяет врача, но становится его незаменимым помощником — быстрым, внимательным и с безупречной памятью.

5. Предсказание вспышек болезней и управление эпидемиями

Нейроразум научился отслеживать новости, сообщения в соцсетях, поисковые запросы — и на основе этих данных предсказывать вспышку заболевания или, например, дефицит лекарств.

6. Мониторинг состояния пациентов

Искусственный разум может анализировать данные о состоянии пациентов в режиме реального времени, помогая врачам своевременно реагировать на изменения и корректировать лечение. Чаще такой подход сегодня используют в лечении деменции и психических заболеваний.

Фармация с ИИ — это не будущее. Это уже настоящее. Просто теперь у биг фармы в лабораториях появился новый коллега. Он не пьёт кофе, не уходит в отпуск, но старается помогать спасать жизни. Неоспоримый плюс в том, что нейросеть умеет обучаться, а значит в будущем ИИ плотнее войдёт в отрасль и модернизирует фарминдустрию на благо человечества.

The post Доверить жизнь алгоритмам. Как сегодня применяют искусственный интеллект в фармации и заменят ли машины людей? first appeared on Фармединство.

Что такое срок годности, и кто его устанавливает?

Срок годности лекарственного средства — это период, в течение которого производитель гарантирует его эффективность и безопасность при соблюдении условий хранения, указанных на упаковке.

Определяют этот срок путем нескольких испытаний. Процесс включает оценку химической, физической, микробиологической и биологической стабильности. Проще говоря, действующее вещество не должно разложиться или выпасть в осадок, в нем не должны завестись бактерии или грибы.

Испытания бывают ускоренными, в реальном времени, а также — стресс-исследования. Первые предполагают хранение препарата при повышенных температурах и уровнях влажности для ускорения процесса разложения. Метод помогает предсказать срок годности препарата в нормальных условиях. Однако результат — не точное математическое предсказание, скорее ориентир. Параллельно с ускоренными идут исследования естественного хранения. Они показывают реальные результаты стабильности.

Зарегистрированный срок годности лекарств обычно составляет от одного до пяти лет (для жидких препаратов может быть меньше). В России это официальные рекомендации.

В Германии, например, те же правила. Кристин Гиттер, немецкий фармацевт и автор книги «Чем запить таблетку?», объясняет это необходимостью обновлять инструкции при появлении новых данных о нежелательных реакциях. Важно, чтобы пациенты получали актуальные рекомендации, а не устаревшие тексты.

Сроки годности лекарств в открытой упаковке сокращаются из-за воздействия тепла, влажности, света и микроорганизмов. Поэтому важно соблюдать рекомендации по использованию препарата после вскрытия упаковки.

Как быстро таблетка превращается в «тыкву»?

Итак, лекарства могут окисляться, разрушаться, подвергаться гидролизу и заражаться микробами и грибами. Но если их хранить правильно, то происходит это не так быстро, как заявляют производители.

Яркий пример — программа Минобороны США и Управления по контролю за продуктами питания и лекарствами США (FDA) по продлению срока годности лекарств (SLEP). Её цель — снижение затрат на лекарства, хранящиеся у военных. Эксперты провели тестирование 122 различных прерапатов с истёкшим сроком годности, которые хранили в нераспечатанных упаковках. Оказалось, что около 88% из них стабильны как минимум в течение одного года после истечения срока годности, а в среднем — пять лет.

В небольшом исследовании 2012 года учёные протестировали 8 лекарств с 15 различными активными компонтами, которые хранили в аптеке от 28 до 40 лет. Выяснилось, что 86% лекарств (12 из 14 протестированных), включая антигистаминные, обезболивающие и противотревожные препараты, всё ещё были в эффективных концентрациях.

Однако в исследованиях не изучали реальное их воздействие на организм. Возможно, оно будет не таким, как у препаратов с нормальным сроком годности — из-за изменения других параметров, которые делают препарат эффективным и безопасным.

Значит препараты становятся токсичными?

Да, лекарство может быть опасным. Но речь скорее, не о том, что химические процессы обязательно приводят к образованию токсичных продуктов. Препарат может перестать действовать или продолжать работать, но исследовать это уже никто не будет.

Хотя в медицинской практике был случай, когда шесть человек пострадали из-за просроченного тетрациклина. Предположительно, активное вещество преобразовалось и повредило почки. Сегодня эту форму тетрациклина уже не продают в аптеках.

Ещё один пример: в 2020 FDA обнаружило, что при высокой температуре (выше 30 °C) в препарате с действующим веществом «ранитидин» может образоваться канцерогенное вещество в недопустимом количестве.

Принимать просроченные лекарства не стоит еще и потому, что:

• мы не храним лекарства в идеальных условиях, что влияет на стабильность;
• мы не можем определить, что именно произойдет с препаратом после истечения срока годности.

И если в одном случае «не такой эффект» грозит лишь тем, что голова продолжит болеть, то в другом — закончиться госпитализацией. Например, при эпилепсии, сахарном диабете, артериальной гипертензии или бактериальной инфекции.

Нельзя использовать лекарства даже до истечения срока годности, если заметны признаки их порчи. Вот некоторые из них:

• инъекционные препараты становятся мутными, появляется осадок (но следует проверить инструкцию, иногда это допустимо) или меняют цвет;
• текстура препарата изменилась: таблетки или капсулы крошатся, слипаются, ломаются или имеют сильный запах, мазь или крем засохли.

Что делать с просроченными лекарствами — выбросить в мусорное ведро?

В России нет чётких рекомендаций для обычных людей (не медучреждений) относительно просроченных лекарств. Например, в федеральном законе «Об обращении лекарственных средств» ничего об этом не сказано (за исключением наркотических препаратов, которые после использования в рамках паллиативной помощи и смерти пациента нужно возвратить в медицинскую организацию). Однако в разных городах стали появляться места, куда можно сдать лекарства на утилизацию.

The post Когда таблетка превратится в тыкву. Что действительно означает срок годности лекарств и почему это важно? first appeared on Фармединство.

Что такое эффект плацебо?

Слово «плацебо» пришло из латыни и означает «понравлюсь». Первое официальное упоминание термина в медицинской литературе датируют XVIII веком. Тогда его называли «банальный метод», а позже сформулировали, как «любое лекарство, подобранное для удовлетворения больного, нежели для его пользы».

Суть плацебо-эффекта заключается в том, что человек может почувствовать реальное улучшение, принимая средство, которое на самом деле не обладают терапевтическим эффектом.

Как это работает?

Механизм действия феномена раскрыт не полностью. Наука знает несколько ключевых механизмов, объясняющих суть наступления положительных эффектов.

Считают, что подобные улучшения опосредуются процессами «сверху вниз», которые зависят от лобных областей коры, генерирующих и поддерживающих когнитивные ожидания. В основе последних лежат пути допаминергического вознаграждения.

Попросту говоря, когда человек принимает «пустышку», веря в ее целебную силу, лобные доли коры головного мозга формируют особые ожидания, которые активируют систему вознаграждения в мозге через допамин. При этом в организме происходят реальные физиологические изменения: нейроны начинают работать так же, как при приёме настоящих лекарств — происходят похожие нейрохимические реакции и функциональные изменения.

Есть и другое объяснение, основанное на механизме условных рефлексов. Организм реагирует на знакомый стимул привычным образом: если человек связывает приём таблеток с облегчением боли, то даже нейтральное вещество может спровоцировать выброс эндогенных опиатов.

Но там, где есть сила убеждения, есть и тёмная сторона. Эффект ноцебо — негативный вариант плацебо. Если человек уверен, что препарат ему навредит, он действительно может почувствовать ухудшение состояния. Известны случаи, когда пациенты, ошибочно принявшие пустышку за опасное лекарство, начинали испытывать симптомы отравления, даже несмотря на отсутствие активных веществ.

Как применяют плацебо-эффект в медицине?

Науке известны разные варианты использования феномена. Например, в 1940-х годах американский анестезиолог Генри Бичер во время Второй мировой войны, столкнулся с острой нехваткой морфия. Вынужденный искать альтернативу, он вводил раненым обычный физраствор и заметил, что у 40% из них боль отступала. Позже, обобщив наблюдения, Бичер выпустил знаменитую книгу «Всемогущее плацебо».

В современной медицине плацебо стало незаменимым инструментом при тестировании новых лекарств. Работает это так: исследователи делят участников на две группы. Одной дают новое лекарство, а другой — плацебо, которое внешне идентично настоящему препарату. При этом ни пациенты, ни врачи не знают, кто что получает. Такой подход называют двойным слепым исследованием и считают золотым стандартом в клинических испытаниях.

Важно отметить, что использование плацебо строго регламентируют международные стандарты качества исследований (GCP) и этические нормы. Существует жёсткое правило: никогда не применять плацебо в ситуациях, когда это может угрожать жизни или здоровью пациента.

Благодаря плацебоконтролируемым исследованиям медики могут:

• Оценить истинную эффективность нового препарата.
• Учесть влияние психологического фактора на результат лечения.
• Сравнить реальные результаты с ожидаемыми.

Дугой пример — «пустышки» используют для большинства комбинированных оральных контрацептивов. Суть в том, что активную гормональную таблетку принимают ежедневно в течение 21–24 дней. Затем, пациенту (чтобы не сбиваться с ритма, не считать цикл и не забывать принимать препарат) следует пить неактивные таблетки (плацебо) в течение 4–7 дней, для появления кровотечения «отмены».

Как распознать препараты с эффектом плацебо?

Лекарственное средство должно иметь четко определённый механизм действия, подробно описанный в инструкции. Если же его воздействие сформулировано расплывчато, а производитель заявляет о пользе для всех систем организма, обещая общеукрепляющий и тонизирующий эффект, есть вероятность, что перед вами пустышка.

Еще один тревожный признак — полное отсутствие информации о возможных побочных реакциях. В ходе клинических испытаний любые нежелательные эффекты фиксируются и указываются в инструкции. Если же подобных данных нет, это может свидетельствовать о том, что никаких полноценных исследований препарат не проходил.

Возможно, мы научимся использовать эффект плацебо целенаправленно, усиливая исцеляющие процессы организма без вмешательства химии. До тех пор феномен остаётся одним из самых поразительных проявлений взаимодействия разума и тела — доказательством того, что иногда вера действительно способна творить чудеса.

The post Таблетка веры. Как работает эффект плацебо и может ли «пустышка» заменить настоящее лекарство? first appeared on Фармединство.

Как проходила трансформация медицинского рецепта? Сегодня мы погружаемся в историю главного аптечного документа и узнаем, откуда именно он появился.

Древняя Месопотамия: глиняные таблички

Несложно догадаться, что история медицинского рецепта уходит далеко в прошлое: аж за несколько тысяч лет до нашей эры. Самые ранние рецепты принадлежат шумерам — они выглядели как клинописные глиняные таблички, на которых описывались методики приготовления различных снадобий из трав и растений. 22 тысячи табличек, содержащих различную фармацевтическую информацию, были найдены во время археологических раскопок дворца ассирийского царя Ашшурбанипала, и только 33 из них содержали описания приготовления и компонентов лекарственных средств.

Медицина считалась делом магическим и таинственным, а состав лекарственных препаратов, прописанных шумерскими докторами, не вполне привычен, однако методика применения этих препаратов свидетельствует о самой настоящей врачебной практике. Так, в одном из рецептов требовалось растолочь, просеять и перемешать черепаший панцирь, побеги и растения нага, горчицу и соль; больное место следовало омыть крепким пивом и горячей водой, затем растереть получившейся смесью, натереть растительный маслом и, наконец, обложить растертыми в порошок иглами пихты.

Древний Египет: папирус Эберса

Свой след в эволюции медицинского рецепта оставили и древние египтяне: папирус Эберса — один из старейших сборников рецептов, составленный в XVI веке до н. э. Он состоит из 108 листов папируса, составляет 20,5 метров в длину и больше напоминает своего рода медицинскую энциклопедию, поскольку хранит в себе обширный список различных болезней, их симптомы, а также диагностику и методы лечения.

В папирусе Эберса собрано несколько сотен прописей лекарств для лечения болезней различных частей человеческого организма: желудочно-кишечного тракта, дыхательной и сердечно-сосудистой систем, слуха, зрения и т. д. В инструментарий египетских врачей входили мази, пластыри, микстуры и даже клизмы. Рецепты могли содержать до 40 компонентов, к которым относились растения (лук, гранат, алоэ, снотворный мак), минеральные вещества (сера, сурьма, железо, свинец, сода) и части тела животных, а основами для приготовления препаратов служили молоко, мед, пиво, священная вода и растительная масла.

Древними египтянами также были изучены вопросы гинекологии, хирургического лечения нарывов и опухолей, стоматологии и ухода за ожогами. Особое внимание уделялось сердцу и кровеносным сосудам. Также в папирусе содержалась небольшая информация о нервных заболеваниях.

Папирус Эдвина Смита, или Хирургический папирус

Своим названием папирус Эдвина Смита обязан американскому археологу, купившему его в Луксоре в 1862 году. Первым автором текста считается Имхотеп — основатель египетской медицины, однако рукопись осталась незавершенной. После внимательного изучения исследователи пришли к выводу, что документ является копией еще более древнего медицинского трактата.

В папирусе Смита рассматриваются 48 травматических случаев, таких как лечение травмы головы, шеи, рук и туловища. Процедура лечения обязательно включала в себя сбор анамнеза и физический осмотр пациента, куда входило измерение пульса, осмотр ран на предмет воспаления и общий вид пациента. В текстах описаны процедуры закрытия раны со швами, профилактика и лечение инфекции с медом и остановка кровотечения сырым мясом. Папирус также содержит различные анатомические наблюдения: первое известное описание черепных швов, мозговой оболочки и внешней поверхности мозга, спинномозговой жидкости и внутричерепных пульсаций — и в целом дает понять о том, что египтяне отлично знали анатомию человека.

Как появился медицинский рецепт в России

Перед тем, как в XVIII в. в Российской империи появились первые аптеки, а вместе с ними и аптекарские указы, в стране существовали так называемые травники — рукописные сборники, содержащие информацию о медицине и фармации. Они и легли в основу русской фармакопеи. Первой фармакопеей была фармакопее военная — Pharmacopoea castrensis, изданная в 1765 году на латинском языке.

«Как следует» рецепты стали оформляться в XVIII–XIX вв. с появлением в России университетов: тогда же начали формироваться медицинское и фармацевтические сообщества, а они, в свою очередь, стали создавать отечественные медицинские учебники, справочники лекарств. Оформлялась соответствующая законодательная база.

Однако должное развитие отрасль медицины и фармацевтики в России получила только после первой мировой войны. До той поры большинство аптекарей было иностранцами, а массового аптекарского производства не существовало в принципе. В 20–30-х годах XX в. в СССР была проведена национализация фармацевтической деятельности, появилась сеть государственных аптек и промышленное производство лекарственных препаратов. XX век стал веком крупных изменений в том числе и для медицины и фармацевтики, однако система выписывания рецептов осталась практически без изменений.

Рецепт должен содержать в себе наименование лекарственных средств, их лекарственную форму, запрашиваемое число единиц или общий объем, а также способ применения лекарства. Согласно нынешнему законодательству Российской федерации в рецептурных бланках допускается использование либо латинского, либо русского языка — при выписывании самого средства, его лекарственной формы и количества. Та часть рецепта, где указывается способ применения препарата, пишется на русском или национальном языке народов России.

The post История медицинского рецепта: от древней Месопотамии до современной России first appeared on Фармединство.